Многие даже не задумываются о том, что запор может привести к тромбозу, который в свою очередь приведет к гангрене. Закончиться все может ампутацией. Такие невеселые перспективы — это не миф, а жестокая реальность, с которой пришлось столкнуться одной молодой женщине. 

История не вымышленная. Началось все довольно банально и безобидно. Она устроилась работать в круглосуточный киоск. Иногда сменщица не выходила вовремя на работу, поэтому поспать удавалась урывками. Хорошо, если за сутки можно было погрузиться в дрёму на 1-1,5 часа. Немаловажным фактом являлось то, что нормальных условий для работы не было. Об элементарных удобствах приходилось только мечтать. Туалетом служило обычное пластмассовое ведерко, которое, чтобы освободить от содержимого, приходилось выносить ранним утром.

Киоск находился в окружении многоэтажных домов. На всю округу он был единственной торговой точкой, куда подвыпившие сограждане могли явиться в любое время. О спокойной ночи можно было только мечтать. А в летнее время бесшабашные водители устраивали гонки. Она всерьез опасалась за жизнь: не вписавшись в поворот, могли со всего размаху влететь в угол киоска.

В очередной раз сменщица на работу не вышла. Особые обстоятельства в виде загулов были обычной для нее нормой. Пришлось работать несколько суток подряд. Опорожнить мочевой пузырь можно: ведро рядом, а вот опорожнить кишечник — нет. Терпела. А что делать? Первым звоночком явились отёки на ногах. Она списывала это на то, что присесть некогда: весь день как белка в колесе.

Потом появились боли. Ноги гудели так, что впору было на стенку лезть. А работать надо. Деваться-то некуда. Ближайший платный туалет находился в десяти минутах ходьбы. Однако кисок снаружи не закрывался, а попросить кого-нибудь покараулить не представлялось возможным. Выручка была хоть и небольшая, но платить недостачу не хотелось.

В больницу не обращалась. Во время выходных купила в аптеке мазь «Троксевазин», которую посоветовала фармацевт, и спасалась от боли и отеков. Через два месяца работать стало невозможно: боли усилились, в обувь после смены не влезала. Если бы кто-нибудь подсказал или настоял на посещении врача, такого финала можно было избежать.

В один, далеко не прекрасный день, она попросту не смогла встать с постели. В это время она находилась на даче у друзей. Чтобы добраться до города, пришлось в срочном порядке вызывать такси. Приехала домой, выпила горсть обезболивающих таблеток, но все тщетно. Боль не стихала. Терпела до самого вечера. Когда домочадцы вернулись с работы, вызвали скорую помощь. Врачи приехали через 2 часа. Предварительный диагноз поставить не смогли. Увезли в больницу.

Было далеко за полночь, когда из приемного покоя ее перевели в палату. Сделали необходимые анализы, осмотрели и пришли к выводу, что надо сделать шунтирование (чистка сосудов). Увезли в операционную. Операция длилась не более получаса. Потом была реанимация. Когда перевели в общую палату, ее уже ждали родственники. Прогноз врачей был хороший. Через 10 дней должны были выписать домой, но произошло непредвиденное: за пару часов до выписки она вдруг почувствовала себя плохо.

Такой поворот событий не ожидали даже хирурги. Снова операционная с ослепительным светом, потом реанимация. На этот раз операция не прошла успешно, как заверяли врачи перед началом. Только через две недели выяснилось, что наступать на ногу она не сможет. Предрекали, что будет ходить с тросточкой. Причину назвали. Оказалось, что это врачебная ошибка, ну с кем не бывает. В документах этого факта не отображалось по понятным причинам. А что и кому можно доказать? Она надеялась на лучшее. Насмотрелась в больнице всякого…

Кто бы мог подумать, что через месяц из-за халатной ошибки начнется гангрена. Больше к врачам обращаться желания не было. Посовещавшись с родственниками, решили обратиться к бабке-знахарке. Денег на «лечение» ушло немало, а результатов не было. Нога становилась все чернее, а боли невыносимее. Добрые люди посоветовали купить препарат «Дэнас». Взяли кредит, купили. На дом приходила женщина, которая «отлично справляется с подобными заболеваниями». Ей тоже нужно было платить. Не помогло.

Очередной визит в больницу ничего хорошего не предвещал — это было понятно. Уже не спасали даже сильные обезболивающие средства. В больнице пичкали димедролом и анальгином. Даже смешно, что кроме этих препаратов ничего больше не было. Предложили сразу ампутировать конечность до колена. Она отказалась. Кроме перевязок и обработки перекисью никакого лечения не оказывали. Да и чего можно было ждать, находясь в отделении гнойной хирургии. Бедные мужики так кричали при перевязках, что мурашки по телу бегали.

Через несколько дней у нее был день рождения. Она отпросилась у сердобольных врачей домой, пообещав вернуться некоторое время спустя. Очень не хотелось расставаться с ногой, несмотря на ужасные боли. Вернулась в больницу даже раньше, чем планировала. К тому времени была согласна уже на все. Долго ждать не пришлось. Ногу ампутировали. Какое страшное слово — ампутация…